Архив рубрики: Без рубрики

Школа адвокатского искусства

Школа адвокатского искусства мастер-класс адвоката Богачева

Адвокатская деятельность – это искусство, но не ремесло!
Подготовка адвоката – это процесс «ручной сборки», но не конвейер!

Познать все тайны и премудрости адвокатского искусства сразу невозможно – это процесс долгий и трудоемкий, но к этому необходимо стремиться.
Особенность данного мастер-класса заключается в том, что обучение и подготовка слушателей проводится в условиях, максимально приближенных к действительности, на основе реальных уголовных производств и гражданских дел. Слушатели приобретают знания таких тонкостей и аспектов адвокатской деятельности, о которых не написано в учебниках и пособиях, которые не освещаются в юридических вузах или на учебных семинарах.

Интересуясь деятельностью адвокатов в Великобритании, в Соединенных Штатах Америки, в странах западной Европы, я всегда удивлялся тому, в каких же тепличных условиях они работают и как при этом им удается зарабатывать солидные гонорары, позволяющие жить в свое удовольствие и вести образ жизни.

Жизнь показывает, что наилучшего результата добивается тот, кто обращает кризис в свою пользу и использует создавшееся положение для реализации своих потенциальных возможностей, а не ждёт, когда наступит эра благоденствия. Поэтому именно сейчас наступило время для успешного старта, чтобы в будущем обрести преимущество и стать опытным и знающим адвокатом, быть первым среди равных.

Двадцатипятилетней стаж адвокатской деятельности и опыт преподавания в Одесской национальной юридической академии на факультете адвокатуры (более подробная информация на сайте http://advocate-bogachev.com.ua) на протяжении длительного времени, а также общение с начинающими адвокатами, привело меня к глубокому убеждению, что молодым адвокатам очень не хватает практических знаний и навыков в такой сложной сфере, как адвокатская деятельность в области защиты физических и юридических лиц в уголовном и гражданском судопроизводстве.
Перед началом обучения проводится индивидуальное собеседование в целях определения уровня теоретической подготовки слушателей на уровне магистра и специалиста по специальности правоведение.
Мастер-класс проводится по двум направлениям:

1. Уголовное право и процесс.
2. гражданское право и процесс.

Примерный перечень вопросов, обсуждаемых на семинарах в области уголовного права и процесса:

— подготовка к защите. Первая встреча с подзащитным. Что делать и с чего начинать? О чем говорить с клиентом?
— Правовая позиция.
— Недопустимые доказательства. Как признать протокол опознания недопустимым доказательством.
— Подготовка подзащитного к даче показаний в судебном заседании. Подготовка свидетелей защиты к судебному заседанию. Допрос подзащитного в суде. Как формулировать вопросы.
— Как допрашивать свидетелей обвинения.
— Ходатайство о признании доказательства недопустимым. Плоды отравленного дерева.
— Наиболее часто встречающиеся ошибки следователя и пробелы следствия. Как вернуть обвинительный акт прокурору.
— Представительство интересов потерпевшего. Некоторые аспекты и особенности.
— Особенности составления апелляционной и кассационной жалоб. О чем говорить в суде апелляционной инстанции. Апробация полученных знаний. Практическое занятие на основе реального уголовного производства.

Примерный перечень вопросов, обсуждаемых на семинарах в области гражданского права и процесса:

— О чем беседовать с клиентом при первой встрече.
— Получение информации от клиента.
— Определение правовых отношений. Подготовка к составлению искового заявления – поиск доказательств. Как создать доказательство при их отсутствии. Клиент это враг или друг?
— Процесс «Березовский против Абрамовича» в Высоком суде Лондона. Существенные ошибки сэра Лоуренса Рабиновитца — адвоката Березовского. Победа сэра Джонатана Сампшна, возглавлявшего юридическую команду Абрамовича. Наиболее часто встречающиеся ошибки адвокатов при проведении гражданских дел.
— Правовая позиция.
— Подготовка доверителя и свидетелей к показаниям в судебном заседании. Особенности представительство интересов истца и ответчика в судебном заседании на конкретных примерах из судебной практики.

Подведение итогов. Выдача сертификатов (по желанию).

Мой  дед  —  Илья  Иванович  Богачев

Дед – Богачев Илья Иванович (1899 – 1968), кадровый военный, в Красной Армии с 1918 по 1946 г.г. Полковник. Участник Гражданской и Великой Отечественной войны 1941-45 г.г.

В период обороны города Одессы в 1941 году от немецко-фашистских захватчиков, — военный комиссар Ворошиловского (в настоящее время Приморский) района города Одессы, затем командир 3-го стрелкового полка 421-й Одесской стрелковой дивизии.

После увольнения из армии — заместитель начальника мореходного училища Министерства морского флота СССР по политической части, затем флаг – секретарь Одесского высшего инженерного морского училища.

Награжден орденами Ленина и Красного Знамени, медалями «За боевые заслуги», «За оборону Одессы», «За Победу над Германией» и другими наградами.

Мой  отец  —  Борис  Ильич  Богачев

im_5bМой отец – Богачев Борис Ильич, 1924 год

а рождения, военный судья в отставке, кадровый военный.

В Советской Армии с 1941 по 1984 г. г. Полковник юстиции. В Великую Отечественную войну в боях был трижды ранен.

После войны в 1951 году окончил Военно-юридическую академию в городе Москве.
В 1956 — 1957 годах работал старшим офицером организационно – инспекторского о

тдела Военной коллегии Верховного Суда СССР и секретарем Пленума Верховного Суда СССР.

С 1957 по 1984 годах работал военным судьей – членом военного трибунала на Балтийском и Черноморском флотах, в Забайкальском и Одесском военных округах.
Заслуженный юрист Украины.

За проявленное мужество при освобождении от немецко-фашистских захватчиков был избран почетным гражданином городов Рава-Русская Львовской области и Горохова Волынской области.
Награжден двумя орденами Богдана Хмельницкого (I-й и II-й ст

епени), двумя орденами Красной Звезды, орденом Отече

ственной войны I-й степени, медалями «За боевые заслуги», «За воинскую доблесть», «За оборону Москвы», «За взятие Берлина», «За освобождение Праги» и другими наградами.

О себе

im_21

Анатолий  Борисович  Богачев

Родился в городе Одессе 6 сентября 1959 года.

В 1984 году окончил юридический факультет Одесского государственного университета имени Мечникова по специальности – правоведение

Место работы:

65026, г.Одесса, улица Польская, 16а
Адвокатская компания «Чудновский и партнеры»

Служебный телефон – (048) 770-05-90

Мобильный телефон  — (067) 706-32-55

Начал адвокатскую деятельность 10 мая 1989 года
В Одесской областной коллегии адвокатов с 4 мая 1989 года

В 2005 году награжден грамотой президиума адвокатского объединения «Одесская областная коллегия адвокатов» за высокий профессионализм, добросовестный труд и весомый личный вклад в деле утверждения принципа верховенства закона

В 2006 году награжден ценным подарком за высокий профессионализм

Победитель конкурса (2006 г.) на лучший процессуальный документ

11 декабря 2008 года главой Одесской областной государственной администрации награжден ПОЧЕТНОЙ ГРАМОТОЙ  за многолетнюю плодотворную юридическую деятельность и высокий профессионализм

19 декабря 2013 года награжден ПОЧЕТНОЙ

ГРАМОТОЙ главы Одесского областного Совета за профессионализм и многолетний плодотворный труд по укреплению законности и предоставления правовой помощи гражданам.

Основные  направления  профессиональной  деятельности:

В области уголовного права

• Защита по уголовным делам

(за исключением автотранспортных преступлений и преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических веществ)

• Представительство интересов потерпевших в уголовном деле

В области гражданско-правовых отношений
• Защита права собственности. Земельное право. Наследственное право.
Брачно-семейное право. Налоговое и таможенное законодательство

• Возмещение имущественного и морального вреда. Защита чести и достоинства
• Представительство интересов по делам о защите интеллектуальной
собственности (авторское право, право на товарный знак, на промышленный
образец)
• Представительство в суде по защите корпоративных прав, по спорам в отношении ценных бумаг
• Правовая экспертиза и анализ хозяйственных договоров, уставов хозяйственных обществ и других правовых документов

• Устные и письменные консультации по действующему законодательству Украины

Закон Украины «Об адвокатуре»

Стаття 15. Присяга адвоката України

П Р И С Я Г А

адвоката України
Я, Богачев Анатолій Борисович, беручи на себе обов’язки адвоката, урочисто клянусь:

У своїй професійній діяльності суворо додержувати законодавства України, міжнародних актів про права і свободи людини, правил адвокатської етики, з високою громадянською відповідальністю виконувати покладені на мене обов’язки, бути завжди справедливим і принциповим, чесним і уважним до людей, суворо зберігати адвокатську таємницю, всюди і завжди берегти чистоту звання адвоката, бути вірним Присязі.

Адвокат            Богачев А. Б.

 

 

Такого не может быть никогда!

Такого не может быть никогда!

Адвокат Богачев А. Б.

ТАКОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ НИКОГДА!
(кое-что о материнской любви)
Мама

— Ну что Вы?! Мой мальчик?! Он такой нежный, такой домашний! Я никогда не поверю, что мой Сашенька способен на такое. Слышите! Никогда! — настойчиво твердила сидящая перед адвокатом изысканно одетая дама средних лет, наполняя окружающее пространство запахом духов и кремом от морщин.

— Он не только муху не обидит, он … вообще очень добрый, всех бездомных собак кормит! – не могла успокоиться дамочка, комкая в руках носовой платок и пытаясь сдержать слезы.

Сидящую перед ним женщину адвокат терпеливо слушал, одновременно читая постановление суда о применение меры пресечения в виде содержания под стражей, согласно которому нежный мальчик обвинялся в одиннадцати эпизодах грабежей и разбоев.

-Тем более, мы всегда давали ему деньги, он ни в чем не нуждался. Такой воспитанный, умный! Вы не представляете себе, как ему сейчас тяжело, … там. У него же высшее образование!- вскидывая руки, умоляла дама.

Андрей Михайлович сочувственно вздыхал, ибо понимал, как никто другой, что там, в следственном изоляторе, нежному и доброму человеку с высшим образованием действительно очень тяжело.

— Вы не представляете, как я устала от всего этого, уже не сплю третью ночь, всё думаю, за что?! За что нам такие испытания?! Сколько же я всего передумала за эти ночи! Поверьте матери, эта бумага, — она рукой указала на постановление суда об аресте, — это ложь и клевета. Такого не может быть никогда! Я своего Сашеньку знаю, я же мама! — добавила она уже плачущим голосом, не в силах остановить слёзный поток.

— Ну, ничего, ничего, — растерянно пробормотал адвокат, отложив бумагу в сторону и пытаясь успокоить вконец измученную женщину, которая окончательно выбилась из сил, рассказываю про нежность и доброту своего Сашеньки по третьему кругу.

Наконец, излив вместе со слезами всю накопившуюся горечь и тоску, Ольга Петровна пришла в себя и успокоилась. Воспользовавшись молчанием посетительницы, адвокат вновь принялся за чтение.

— Но в суде при аресте все эпизоды признал полностью! — дочитав, произнес адвокат.

— Мучили его, истязали, там же изверги! – с возмущением воскликнула Ольга Петровна.

— Какой же он везучий! — невольно подумал адвокат, — по всем законам судьбы его должны были поймать на третий раз, а поймали только на одиннадцатом. Так не бывает! Что-то здесь не то, — пришел к выводу Андрей Михайлович.
Адвокат

Вскоре Андрей Михайлович побеседовал со следователем и познакомился с постоянно — временно безработным бакалавром менеджмента и маркетинга Александром Шуманским, 1991 года рождения, после чего защитник пришел к следующему умозаключению: два грабежа из одиннадцати были на совести Сашеньки (если таковая у него была). По первому (перекресток улиц Балковской и Михайловской) Сашенька еле-еле смог унести ноги, поскольку в темноте не разобрался с обстановкой. Подскочив к выходившей из подворотни женщине и ударив её палкой по голове, он выхватил сумку и бросился наутек. Саша не учел, что вслед за женщиной из подворотни вышел её муж, мастер спорта по борьбе, поэтому «нефартовому» грабителю пришлось конкретно попотеть, улепётывая изо всех сил от неминуемого возмездия. Итог нападения: три гривны 47 копеек и мобильный телефон Самсунг.

На втором (улица Болгарская) криминальная жизнь Саши закончилась задержанием и водворением за решетку.

Остальные грабежи к подзащитному отношения не имели.

— Ну как? – через несколько дней с нетерпением спросила мама, с тревогой и одновременно с надеждой глядя на адвоката, — всё хорошо?

— В принципе, да, — после небольшой паузы произнес адвокат.

— Фу! — Мама шумно выдохнула воздух и с облегчением откинулась на спинку стула, — славу Богу.

— Теперь слушайте меня внимательно, — начал было Андрей Михайлович, сосредотачиваясь и пристально глядя на посетительницу, – я полагаю, что по двум грабежам его вина доказана, по первому – его опознали потерпевшие и при обыске обнаружили телефон, по второму – его сразу же задержали.

— Нет! — в отчаянии закричала женщина, — такого не может быть никогда! Не мог он сделать такого!

— К остальным случаям, — продолжал адвокат спокойным голосом, — ваш сын не имеет отношения. Свои эпизоды ему необходимо признать, а в отношении остальных — заявить о своей невиновности и самооговоре. Только в этом случае я смогу помочь вашему сыну. Если он всё будет отрицать, ничего не получится и приговор может быть суровым, а это примерно минимум семь лет.

— Да вы что? — прикрыв рот ладонью и закатывая глаза, в ужасе прошептала дама, — он не мог этого сделать.

— В девяти грабежах он оговорил себя, это точно, — поспешил продолжить адвокат, — ведь явки были им написаны по каждому случаю отдельно. Я-то знаю, что в явке с повинной пишется сразу же и обо всем. А тут в каждое нераскрытое дело вложили листочек с явкой. Опер оказался аккуратным. Кроме того, если верить обвинению, нападения совершал один раз в месяц и в разных районах города. Более того, по всем «левым» эпизодам следователь не произвел ни одного опознания с потерпевшими, хотя некоторые готовы были опознать нападавшего. Поэтому представляется такой расклад: Шуманский признает свои грехи, в отношении остальных должен рассказать, почему он взял вину на себя. При благоприятном исходе он может получить отсрочку приговора и вернуться домой. Судимостей у него нет, характеризуется положительно, в общем-то, есть надежда. Остальные эпизоды суд возвращает на дополнительное расследование для установления лиц, совершивших данное преступления. Всё.
Сашенька – Шурик

Любящая и страдающая мама не знала, что Сашеньку поймали самым банальным образом. Нежный и домашний мальчик вместе со своим соседом решили разнообразить скучные зимние вечера и придумали очень простое развлечение: в безлюдном месте подстерегали одинокого прохожего, оглушали палкой по голове и забирали бумажник.

В последний раз Сашенька оглушить не смог из-за наличия меховой шапки, вследствие чего полуоглушенный прохожий громким голосом стал звать на помощь.

Помощь в лице заправщика, с находившейся поблизости автозаправочной станции, подоспела незамедлительно, что заставило двух незадачливых грабителей срочно ретироваться. Далеко убежать, конечно, они не смогли, и вскоре прохожий, судорожно сжимая в руке затертый бумажник с удостоверением инвалида второй группы и остатками пенсии в сумме ста двадцати гривен 25 копеек, с охотничьим азартом всматриваясь через стекло автомобиля патрульно-постовой службы, внезапно закричал. — Вот они!

Очутившись за решёткой и пребывая в состоянии сильнейшего испуга, Сашенька мучительно ждал неизбежного: когда же его будут бить. Истязать и мучить Сашеньку никто не собирался по одной простой причине – в этом не было никакой необходимости. Сашенька сразу же рассказал, как он вместе с соседом дважды грабил прохожих на улице.

Учитывая дрожь потненьких рук и искреннее желание Сашеньки рассказать все, что было и не было, на коротком оперативном совещании в следственном отделе было принято решение: предложить Сашеньке на рассмотрение еще девять нераскрытых грабежей, а вдруг, чем чёрт не шутит, … возьмет на себя.

Рассмотрев указанные эпизоды и приняв во внимание возможность применения различного рода пыток и издевательств, находясь в состоянии беспредельного ужаса от пребывания в застенках, Сашенька сразу же решил взять на себя и те грабежи, которые он не совершал. Впрочем, в тот момент он был уже готов признать все нераскрытые преступления в городе Одессе за последние десять лет, но стражи правопорядка решили не нахальничать, а соблюдать скромность. Старательно, под диктовку опера, по каждому навешанному эпизоду Сашенька собственноручно составил явку с повинной. Когда подписал последнюю, девятую по счету явку, оперуполномоченный сразу же подобрел и стал называть подследственного ласково — Шуриком.

Через месяц ситуация кардинально изменилась. Пройдя ускоренными темпами курс молодого зэка в стенах следственного изолятора, Шурик ушел в «отрицаловку», испуганным голосом заявив следователю на очередном допросе о полной непричастности к содеянному по причине любви к ближним и гуманному отношению к пожилым людям, особенно к инвалидам.

«Отрицаловка» — вещь, конечно, страшно романтическая, но автоматически добавляет к сроку год лишения свободы, а может быть, еще больше.

Дело в том, что Шурик решил круто изменить свой образ жизни и мировоззрение (если конечно, таковое было у него) и встать на стезю криминала. С некоторых пор он начал представлять в ночных грёзах, как пройдя невероятное количество испытаний и лишений, он станет уголовным авторитетом, то есть «вором в законе» и … ах! Шурик в окружении ослепительных красавиц и угрюмой охраны разъезжает по городу в роскошном лимузине. Сладкие мечты по криминальному будущему продолжали тревожить его душу, поэтому признание вины отодвигалось на дальний план.

— Как? – не выдержал адвокат на очередной встрече с подзащитным, — эти же эпизоды доказаны!

— Ну и что, — с вызовом ответил «вор в законе» Шурик, — а я все равно не буду признавать. Это не я.

— Хорошо, — сразу же согласился адвокат. — Раз не ты, тогда будешь сидеть по полной программе по всем эпизодам!

Сидеть по такой программе Шурик не желал, но и отказываться от судьбы вора «в законе» ему не хотелось, поэтому он промолчал.

— Если не признается, ведь ничем не смогу помочь, получит сполна по всем одиннадцати эпизодам, а потом мама во всём обвинит меня, мол, адвокат попался бездарный и закатал сыночка в тюрягу. Что делать? — с досадой размышлял Андрей Михайлович, глядя на подзащитного, но Шурик старательно прятал глаза, глядя на растоптанный окурок возле привинченной ножки стола.
Тактика защиты

При очередной встрече с мамой подзащитного вдруг пришла спасительная мысль.

— Хотите встретиться с ним? — неожиданно предложил адвокат.

— Конечно! – сразу же согласилась мама, — ведь я не виделась с ним уже целую вечность. Но как?

— Я сделаю вас защитником, поэтому завтра идем вместе в СИЗО.

На следующий день до предела взволнованная мать, впервые ощущая себя защитником прав и свобод, с трудом скрывая нетерпение, вместе с адвокатом трепетно ожидала единственного сыночка в кабинете изолятора.

Вскоре привели Сашеньку. Увидев мать, он остолбенел, затем вскрикнул и, бросившись в её объятия и уткнувшись в подмышку, дрожащим голосом завыл.

Дождавшись, когда всхлипывания обеих сторон затихнут, адвокат перешел к реализации своего плана.

— Ну вот, Александр, сейчас с тобой мама. Скажи откровенно, по-честному, было дело, ну там, на Болгарской, а?

Саша стоял, опустив голову, и молчал. Мать, ничего не понимая, переводила взгляд с адвоката на сына и обратно.

— Ну, говори! – потребовал адвокат, пристально глядя на подзащитного. В кабинете стало слышно дыхание только одного человека, и это был Андрей Михайлович.

Саша, глядя в пол, вдруг кивнул головой.

— Твоих рук дело? – еще раз спросил адвокат.

— Да, — чуть слышно прошептал подзащитный, не поднимая головы.

— Саша! – в изумлении произнесла женщина. — Как ты мог?

От неожиданности женщина совсем охрипла.

Шурик продолжал молчать.

— А на Михайловской, с женщиной, было дело? – Андрей Михайлович слегка повысил голос.

Подзащитный еще ниже опустил голову.

— Ну? Что? Было дело или нет? Говори!

— Да, — еле выдавил из себя нежный мальчик.

— Значит, признаешь эти два эпизода?

— Да, — почти неслышно произнес Шурик.

Вскоре встреча завершилась, и помрачневшая Ольга Петровна вместе с адвокатом покинула пределы СИЗО.

— Как только всё закончится, сразу же выдам замуж Сашеньку, — после длительного молчания скороговоркой заявила мама, еле поспевая за адвокатом.

— Не замуж, а женить его надо, — повернув голову, буркнул адвокат.

— Ой! Ну да, конечно, женить, — тотчас поправилась женщина, – как только выйдет, сразу же Сашеньку женю.

Суд учёл чистосердечно раскаяние, полное возмещение вреда двум потерпевшим, и отпустил Сашеньку на свободу.

Через полгода две тележки столкнулись в «Таврии-В». Когда Андрей Михайлович поднял голову, перед ним стояла улыбающаяся Ольга Петровна.

— Ой, Андрей Михайлович! У нас всё замечательно. Сашенька месяц назад женился, невестка хорошая, правда, на семь лет старше, но ничего, зато умненькая.

Напоследок, после радостных восклицаний, у неё вдруг вырвалось. — Знаете, а я всё-таки не верю, что мой Сашенька мог совершить такое!

23 января 2014 года Одесса
Анатолий Богачев

Я кохаю тебе или Маэстро! Будьте моей текилой!

Я кохаю тебе или Маэстро! Будьте моей текилой!

Адвокат Богачев А. Б.

Было лето

И была летняя жара. Я сидел за столом в конторке в захудалом районном центре (сто первый километр от областного центра) в одной из южных областей Украины и занимался, наверное, самым безнадежным делом. Каким? Уверяю вас, безнадежным. Я был продавцом. Кто имеет отношение к торговле, тот может представить себе состояние торгующего в июльскую полуденную жару, особенно тогда, когда продаешь никому ненужный товар. Тоска, отчаяние и безнадежность. Если кто-нибудь занимался продажей такого товара – тот может понять моё состояние.

Другими словами говоря, я был продавцом слов — так называли мою профессию некоторые продвинутые жители района. Впрочем, это было недалеко от истины. Скорее, это было близко к правде. Совсем близко, почти как правда. Может быть, некоторые читатели подумали, что я был политтехнологом. Нет, но откуда в захудалом сельском районе найтись политтехнологу, их там отродясь не бывало.

Я был адвокатом.

Как назло, торговля была никакой. В тот день мое слово никто не хотел покупать, отчего моя душа находилась в состояние опустошенности и одиночества. И возле меня не было никого, кто бы посочувствовал или успокоил мою страждущую душу, сказав при этом: «Не переживайте, может быть, еще и продасца!». – Нет! «не продасца» — обреченно вздыхал я, пытаясь найти в собственных мыслях хоть какую-нибудь отдушину в духоте повседневной жизни.

Было так жарко, как может быть жарко в середине июля в райцентре юга Украины. Мухи, и те были бессильны отыскать прохладу в темных закоулках конторы.

Безделье и необходимость находиться в конторе до конца рабочего времени настолько утомило меня, что моя душа пребывала в состоянии депрессии и унылости.

Был день

И был полдень. Зазвонивший вдруг телефон нарушил мое полусонное состояние, и с трудом преодолевая слабость и размягчение мозга, я поднял трубку.

— Да?!

Трубка ответила приятным женским голосом. Приятность звуков, исходивших из трубки, несколько вывело меня из душевного ступора и заставило встрепенуться. Через секунду я готов был не продавать, а подарить от всей души хоть кому-то свое слово, даром, просто так, лишь бы взяли.

Звонили из редакции районной газеты, просили рассказать об одном занимательном случае, недавно произошедшем в районе и к которому я имел непосредственное отношение.

— Вам расскажу с удовольствием! – с готовностью приняв предложение, я начал отчаянно флиртовать с прекрасной незнакомкой.

Через несколько мгновений приятный женский голос несколько смущенно произнес в трубку: — Вам, напевно, краще побалакати з моєю колегою!

Я не был готов к такому повороту событий, ведь голос из трубки так согревал мою душу, столь изнывающую от одиночества. Мне пришлось резко остановить водопад своего красноречия (Как потом выяснилось, мой флирт непосредственно относился к замужней женщине весьма преклонного возраста, имевшую трех внуков и двух правнуков).

Через секунду из трубки донеслось еще мелодичнее.

— Слухаю вас.

Будучи связанным узами Гименея, в этом городишке я чувствовал себя свободным и не обремененным супружеским долгом, поэтому мое красноречие было безграничным. Я хотел жить, причем всеми красками жизни. Мое сердце было так наполнено жаждой любви, что она переполняла меня и готово была выплеснуться через край.

Была ночь

И был лунный свет! На выходные дни мы решили уехать к её подруге в Ровно. Погостив два дня, мы возвращались домой: я в Одессу, а моя спутница в свой городишко. Часы показывали два часа ночи. Мы мчались по трассе Ровно-Киев в полном одиночестве. Ни одной машины: ни встречной, ни попутной. Мы были одни в этом мире. И не только в этом, мы были вдвоем во всей Вселенной, во всех параллельных мирах.

Была сплошная темень, ни одного огонька вокруг, только свет фар и серая лента шоссе. Дорога вдали терялась в темноте и там, где она соединялась с горизонтом, сияла огромная луна. Мы мчались по шоссе, и теплый ветер врывался в салон автомобиля. Я не замечал шума ветра и двигателя, мне казалось, что мы летим в абсолютной тишине в безвоздушном пространстве, в космосе. Впереди была только сверкающая луна, своим светом освещая всё вокруг. Я взял её руку в свою.

В этот момент из радиоприемника донеслись звуки музыки. Своим грустным голосом Патрисия Каас просила.

Maestro Please

Маэстро Пожалуйста

Des mensonges en musique

Фальшь в музыке

Des fois ca me suffit

Иногда мне этого

Rien que vous dire

достаточно

Comme ca

Просто сказать Вам

Je vous aime pour la vie

Я буду любить Вас всю жизнь

Она слегка повернулась и, посмотрев на меня, улыбнулась. Я чуть сжал руку, она ответила тем же. Мы мчались, не разжимая рук. Я смотрел как завороженный вперед, на дорогу, на луну, и чувствовал её взгляд, обращенный на меня. Через минуту она прижалась ко мне и чуть слышно, почти не разжимая губ, прошептала: «Я кохаю тебе».

В ответ я легонько сжал её руку, продолжая смотреть на дорогу. На ночном небе не было ни одного облачка, только звёзды и луна.

Патрисия продолжала грустить.

Я дотронулся до клавиши радиоприемника. Голос Патрисии стал звучать громче.

Emmenez-moi en bateau

Отвезите меня

Vers toutes les Ameriques

Ко всем Америкам

Prenez-moi dans vos bras

Обнимите меня

Soyez ma tequila

Будьте моей текилой

Mon gin-fizz, ma vodka

Джин-физом, водкой

Mon Drambuie

Драмбуи

So long baby.

Как можно дольше, милый.

Была зима

И наступило зимнее утро, когда мне через много-много лет пришлось волею судьбы и силою обстоятельств вновь оказаться в этом городишке.

Я прибыл ранним морозным утром, когда все магазинЫ и кафе были ещё закрыты. Пришлось ехать на местный рынок, который работает с самого раннего утра. Было ещё темно, но в предрассветном сумраке угадывались силуэты людей под навесом в дальнем углу местного базарчика. Я знал, что вкуснее горячих домашних пирожков не бывает, поэтому моей радости не было предела, когда я завидел под навесом закутанную в платок женскую фигуру в пуховике. Именно оттуда исходил благословенный запах горячих пирожков с капустой и картошкой. Когда я подошел, женщина с надеждой посмотрела на меня и произнесла слегка осипшим голосом.

— Будь ласка, купуйте у мене, пиріжки дуже смачні, будь ласка!

Что-то давно забытое почудилось в её голосе, но память из-за холода и темноты отказывала мне в службе. Женщина, переступая с ноги на ногу, пыталась дыханием согреть свои пальцы в обрезанных матерчатых перчатках, с надеждой глядя на меня. Я стоял в нерешительности, поскольку грязный пуховик и испитость её лица немного смущало меня, но благоухание горячих пирожков было сильнее. Рядом с ней, на табуретке, стояла стеклянная литровая банка с огарком свечи. Язычок пламени, теряя последние силы, дрожал от холода вместе со мной, грозя вот-вот затухнуть.

Она раскрыла сумку и развернула полотенце. Я протянул деньги и тут же замер. Где-то в глубинах пуховика заиграла музыка. Это был мобильный телефон и до меня донеслось:

Tiens vous ne m’embrassez pas

О, Вы не обнимаете меня?!

Qu’est-ce qui vous prend cheri

Что с Вами, черт возьми

Ce soir je ne vous plais pas

Сегодня я не нравлюсь Вам?!

Quelle fatigante comedie

Какая утомительная комедия

Etre veuve ou velours

Быть лезвием или мягким бархатом

Faire la guerre ou la vie.

Бороться или жить.

Это была она — «Des mensonges en musique». Это была Патрисия Каас.

Когда женщина поднесла телефон к голове, слегка отодвинув платок, свет экрана озарил её лицо.

Мне не хотелось жить. Я узнал её. Знаете, у кого нет жалости? — у времени. Оно безжалостно и равнодушно. Холодная и бесчувственная субстанция! Я время ненавижу. Время – могильщик жизни. Все стало смертным, когда возникло время. Я не хочу смерти. Смерть и время – синонимы. Жизнь бесконечна! Время не имеет ни жалости, ни сочувствия. Почему так? Я не знал. Поэтому я хотел умереть от печали и грусти.

Схватив протянутый мне целлофановый кулёк с пирожками, и забыв о сдаче, я вернулся к машине. Мне не хотелось жить.

Я рванул в Одессу, рванул изо всех сил, я выжимал из машины все лошадиные силы, на которые она была способна, чтобы поскорее добраться и …

Мне хотелось водки, коньяка, абсента, текилы, самогонки, шнапса, джин-физа и, черт возьми, даже дрэмбуи (если бы я знал, что это такое). Оставив машину возле дома, я заскочил в первое попавшееся кафе. И вскоре наступил момент, когда я, откинувшись на спинку стула, закрыл глаза и спустя мгновение … тёплый ветер ворвался в салон автомобиля и мы снова мчались к луне в полной темноте, и голос Патрисии опять был с нами:

Emmenez-moi en bateau

Отвезите меня

Vers toutes les Ameriques

Ко всем Америкам

Prenez-moi dans vos bras

Обнимите меня

Soyez ma tequila

Будьте моей текилой

Mon gin-fizz, ma vodka

Джин-физом, водкой

Mon Drambuie

Дрэмбуи

So long baby.

Как можно дольше, милый.

Я улыбнулся. Несмотря ни на что, я все-таки познал его. Слышите! Я нашел этот проклятый смысл всего, что происходило тогда в полнолуние, во втором часу ночи на шоссе Ровно-Киев. Ведь это был миг! Тот единственный и неповторимый в жизни миг пленительного счастья, когда мы, затаив дыхание, будто в волшебной сказке, мчались вдвоём, взявшись за руки, и смотрели заворожено на луну, и наши сердца соединялись лунным светом, и жизнь нам казалась прекрасной и удивительной.

Пусть всё сложилось не так, как хотелось. Пусть! В самый жуткий мороз теплее от одинокой свечи не станет, но её пламя хоть согреет ладони.

И тепло тех рук я сохраню на всю оставшуюся жизнь.

Je vous aime pour la vie…

Я буду любить Вас всю жизнь

Август 2013 года

город Одесса

Борис Взглядов

То ли сказка, то ли быль

То ли сказка, то ли быль

Адвокат Богачев А. Б.

(ПО МОТИВАМ ОДНОГО БРАКОРАЗВОДНОГО ПРОЦЕССА)

«Сказка ложь, да в ней намек!
Добрым молодцам урок»
А.С. Пушкин

Жил-был один мужик. Было у него всё: и голова на плечах, и родительская крыша над головой. Болезнями не страдал, на судьбу не роптал, книги читал, работал и жил.

Только не было у него жены любимой, и оттого он чувствовал себя одиноким на этом свете. Мечтал, что когда-нибудь найдет свою единственную и неповторимую, и будут они жить-поживать, добро наживать и любить друг друга. Мечтал сильно, по-настоящему. Поэтому судьба улыбнулась ему и послала именно ту, о которой мечтал.

Полюбил её мужик крепко и объявил свое решение, окончательное и бесповоротное. Причем выбрал для этого день особенный, неповторимый, чтобы один раз в жизни, чтобы навсегда. Привел её вечером девятого сентября тысяча девятьсот девяносто девятого года на берег моря и говорит:

— Любовь моя! Жить без тебя не могу. Вот мое сердце и моя рука, — и протянул навстречу руки свои. Она не поверила своему счастью, подумала, что сон. Но все было наяву. В тот вечер стояла прекрасная погода, море было неподвижным, а багровое солнце медленно опускалась за горизонт. Избранница сердца на мгновение застыла, как бы ни веря собственному счастью, а потом, будто очнувшись, бросилась в его объятия и засмеялась от радости.

Несравненная была действительно счастлива, ведь прошло почти десять лет, как она развелась с первым супругом. Тот оказался прохвостом: изменил ей с лучшей подругой и вдобавок, когда обман раскрылся, успел продать автомобиль, который в день свадьбы тесть вручил молодожёнам в качестве подарка, а денежки, вырученные от продажи, присвоил себе. Что папенька ни делал, но подарок так себе и не вернул, сгинул он навсегда в жадных руках бывшего зятя. С тех пор ни разу прохвост не видел свою единственную дочь. Осталась Бесценная с мамой и с ребенком на руках. Но жизнь продолжалась.

После объяснения в любви состоялась свадьба. Тесть кричал: «За любимого зятя!», теща ему вторила: «За моего зятя!», а Бесценная прижималась и шептала мужику на ухо: «Желанный мой» и таяла в его руках. Млела.

На следующий день молодые пошли в церковь, чтобы перед Богом скрепить узы свои брачные. Стояли они перед венцом, а священник говорит им: «освящаю ваш брак перед Господом Богом, будьте вместе не только в радости, но и тогда, когда придется испить «горькую чашу».

Слова священника о «горькой чаше» запомнились мужику, проникли в самую его суть, в каждую клеточку и решил он, значит, будем вместе и радоваться, и пить «горькую чашу» вдвоем. Сердцем почувствовал, что всегда будет рядом с Бесценной. До конца. До самого донышка.

Прошла свадьба, прошло венчание, и отправились молодые в жизнь (правда, были они и не такие уж и молодые, ему было тогда сорок два года, а ей тридцать шесть). После свадьбы ребром встал вопрос: «Где жить?». Несравненная твердо заявила: «Мать свою не оставлю в одиночестве в четырехкомнатной квартире». И пошел мужик, как говорится, «в приймаки». Слово-то стыдное, нехорошее, но что поделаешь.

Прошло три года. В назначенное свыше время произошло Чудо. Незабвенная родила мальчика. Назвали его Димкой. Мужик не мог поверить в Чудо, ведь сбылась самая затаённая мечта – сын родился!

Вначале мужик «в приймаках» жил хорошо. Деньги зарабатывал. Несравненной делал подарки, стихи читал. Когда жене цветы приносил, тещу не забывал, каждый раз её тоже букетиком одаривал (чтобы не завидовала родной дочери). При выездах на природу или на море всегда приглашал тёщу. Несколько раз брал её в Крым на отдых. (Кстати, совсем забыл, у мужика-то и автомобиль свой был). Иногда тёщу называл ласково «матушкой». Мужик жалел «матушку», ведь «страдалицей» была. Она, как развелась с тестем тридцать три года назад, так с тех пор ни одного мужика и не знала. Соседи за глаза называли её «ведьмой» за угрюмость на лице. Ни с кем из соседей она не здоровалась, привечала только своих кровных, к чужим же относилась с прохладцей.

У тестя было своя семья. Он хозяином был, дельцом, воротилой. Построил в пригороде заводик по разливу минеральной воды, дом имел, хозяйство. Со временем разбогател. Ни в чем недостатка не имел. Семью свою не то чтобы в узде держал — в узах кованных. Никто против его воли пикнуть не смел. Тараканы в панике разбегались при одном его приближении к дому.

Как-то раз Несравненная попросила своего мужика отвезти тёщу на Северное кладбище, где захоронены её родители. Когда приехали, увидел мужик могилки, и наполнилась его душа печалью. Ведь прошло лет десять, как тёща похоронила отца и мать, а памятники так и не поставили, только два могильных холмика с цементными табличками. Со временем холмики — то почти сравнялись с землей. А ведь родни у тёщи было много. Шесть родных душ, три сестры и два брата, и все с потомством. Но ни одна не побеспокоилась. Некогда было.

Не мог мужик выдержать такую несправедливость. Когда вернулись домой, он и говорит тёще: «Матушка, возьми от меня деньги и поставь памятник отцу с матерью». Взглянула тёща на зятя, слегка прослезилась и приняла деньги. Вскоре памятники и поставили.

Может быть, все подумали, что мужик был идеальным, без недостатков, с одними только достоинствами. Ну конечно нет! Недостатков было много: курил, выпивал, иногда крепко. На молоденьких девушек засматривался. Был вспыльчив, но зла не помнил. Лицемером не был, говорил то, что думал. Но было еще одно, с чем примирится Бесценная никак не могла — мужик зарабатывал не так много, как ей хотелось.

Три года пролетело как одно мгновение. Потом еще три. А потом наступил две тысячи девятый год. Кризис. Стал мужик зарабатывать еще меньше, чем прежде, а порою были времена, когда ничего в дом не приносил. В это время у тестя дела пошли в гору, бизнес расцвел пышным цветом. Папенька трудоустроил доченьку в свою фирму, платил ей большую зарплату, каждый месяц внушительную премию выделял. Новую иномарку ей купил, дачу построил. Вышло так, что не мужик оказался кормильцем своей семьи, а её папенька. Стало быть, мужик как бы никчемным оказался.

И началась для него «горькая чаша», только не та, о которой говорил когда-то священник в храме, а совсем другая. Пришлось эту чашу испить мужику в полном одиночестве.

Вначале редко, а потом все чаще Несравненная с тещей стали питаться отдельно от мужика. По вечерам оставляли его одного, а сами уединялись в спальню, телевизор смотрели, всё шушукались, косточки его перемывали. Ссориться стали чаще. Потом как-то при очередной размолвке Удивительная, не вытерпев, бросила мужику в лицо: «Ты ноль! Полное ничтожество!». А дальше, всё хуже и хуже. Заметил мужик, что тёща после него стала включать вытяжку в туалетной комнате. Только выйдет руки помыть, как теща тут как тут и сразу же вытяжку и включает. Стал он приспосабливаться и к этому, поэтому (простите) воду сливал, не вставая с унитаза, чтобы тёще не давать повода, а она всё равно продолжала демонстративно включать вентиляцию. Принципиальная оказалась тёща. И так каждый раз.

И было и второе, и третье, и четвертое таким же мелким и ничтожным, как и первое. В последнее время вообще мужик стал стонать под тяжестью гнёта. Как-то Обаятельная услышала его стон и спросила злым голосом: «Чего стонешь?». Промолчал мужик, ничего не сказал.

Терпение казалось мужику бесконечным, а «горькая чаша» — бездонной. И начало его тянуть к рюмке. Выпьет одну, другую, вроде становится немного легче, и жизнь кажется не такой уж безнадежной.

Когда человек любит по настоящему — он слеп и глух. Ничего не видит и не замечает, а если что-то и заметит, то сразу прогоняет, как назойливую муху.

Всему есть начало и конец. В один прекрасный вечер отправились тёща с Бесценной прогуляться по вечернему свежему воздуху. Когда вернулись, дверь никто не открыл. Мужик в это время принимал душ и стука не слышал. А когда услышал, тотчас побежал к двери, открыл и сразу же вернулся обратно. Несравненная заметила мокрые следы на паркете и закричала вслед: «Как ты смел мокрыми ногами по паркету ходить! Он же испортится!».

Захлестнула обида мужика, но сдержался он, ничего не ответил, взял подушку с одеялом и улегся в другую комнату спать. А утром Бесценная закричала ему с порога: «Так, мужик!». От крика он проснулся, бросил в ответ: «Иди прочь», и отмахнулся рукой.

Закипела кровь в жилах Несравненной, в лицо как будто огнем пыхнуло. Тут её и прорвало: «Всё!», — закричала она, — «Я развожусь с тобою, собирай манатки и проваливай ко всем чертям. Чтобы завтра ночевал у своих родителей».

Вначале мужик подумал, что всплеск эмоций, мол, женский организм и все такое. Но когда пришел вечером с работы, увидел в коридоре свои вещи, аккуратно сложенные в целлофановые пакеты, так сразу и опечалился, загрустил и задумался.

Не хотел мужик уходить, как же он без Димки своего останется. Бросился мужик к тёще, а та в ответ: «знать ничего не знаю, спрашивай у своей Незабвенной». А её и след простыл, прятаться начала, чтобы только с ним не встречаться. Встревожился мужик, понял, плохи его дела, начал метаться, спасать своего Димку.

Ничего не получилось. Тёща на все вопросы отвечала кратко: «Ты пьешь, а когда здоровье свое пропьёшь, придется нам за тобой ухаживать в старости». Пришлось собирать свои вещи и «вымётываться».

Только начал в сумки складывать нехитрые свои пожитки, как в квартире началось что-то невообразимое.

Стены зашатались и зашлись в крике: «Останься!».

Фотографии с книжных полок возопили: «Не уходи!».

В спальне кровать заскрипела, почти застонала: «Милый! Любимый мой! Куда же ты?».

Вскоре все сумки были собраны. Осталось последнее и самое трудное — уйти. Мужик то и дело вздыхал, пытаясь собрать последние остатки решимости. Наконец решился и начал выносить сумки.

Когда зашел в квартиру за последней, тёща мигом юркнула в туалетную комнату. Видимо испугалась, что мужик напоследок что-то скажет ей. Стояла возле унитаза и, затаив дыхание, прислушивалась. А он ничего не сказал. Секунду постоял в коридоре, вздохнул тяжело и, взяв сумку, вышел вон. Только дверь закрылась, как тёща с опаской выглянула, и, убедившись в отсутствие мужика, подбежала и торопливо закрыла дверь на ключ.

Возвратился мужик в отчий дом и взалкал в родных стенах. Ночью не мог уснуть, все ходил из угла в угол по комнате и думал про себя, спорил с ними, доказывал что-то.

— «Что я сделал плохого? За что мне сделали так больно? Зачем? Ведь всё разрушили. До основания. Всё сгорело! Всё! Меня сделали несчастным. Ну ладно, я для вас полное ничтожество, но вы и Димку сделали несчастным, собственному внуку своими же руками страдания причинили. Ведь он меня так любит, а я в нем души не чаю».

Вторую ночь не мог уснуть мужик, опять доказывал и спорил.

— «Зачем всё разрушать. Ведь была семья, худо-бедно, какая-никакая, но она была, и, на мой взгляд, хорошая была семья, а теперь её нет. Построить и сохранить очень трудно, а вот разрушить в один миг можно запросто. Ведь вначале же дружно жили, любили друг друга. Зачем вы разрушили мою семью? – мысленно он обращался к тёще. — Зачем?

Не мог он остановиться и до утра мерил шагами комнату, всё повторяя:

— «Зачем? Ведь все сгорело синим пламенем. А теперь вы, тёща, сидите на пепелище моей семьи и ликуете от радости.

В глазах заблестели слезы.

— Изверги! Суки!

— Натуральные. — подтвердила дверца книжного шкафа, внезапно открывшись с протяжным глухим скрипом.

Третью ночь он продолжал искать ответы на вопросы, и не находил.

Надежда потускневшим угольком все ёще теплилась в его душе. Решил он к тестю пойти, поговорить с ним, как мужик с мужиком, объяснить и всё рассказать от чистого сердца. Позвонил ему, попросил встречу. Тот спокойным голосом ответил ему: «приезжай, конечно».

Обнадёжился мужик, подумал, если тесть ничего не знает, значит, не всё потеряно, а вот если знает, стало быть, с ним всё согласовано и решение принято окончательное и бесповоротное. Подошел к воротам, позвонил. Тесть принял вроде как доброжелательно, открыл дверь, пожал руку и пригласил в зал.

Мужик, следуя за тестем, говорит: «вот, вышвырнули меня вон, как последнюю собаку». Тесть сделал вид, что не услышал. Мужик повторил чуть-чуть громче.

Тесть ему в ответ: «А чего ты жалуешься, вот жена меня прогонит из дома, неужели я пойду к тебе жаловаться».

Вот тут-то мужик сразу же понял всё. Жена тестя в кухне хозяйничала и, услышав разговор, вошла в зал и встревоженным голосом начала спрашивать: «Что случилось?».

Мужик в ответ: «Я не жаловаться пришел, а объяснить, рассказать обо всем, что произошло в семье вашей дочери, ведь вы же тесть, Димкин дедушка, не чужой, в конце концов, человек. А помощь ваша мне не нужна».

— Говорят, — начал было тесть нарочито спокойным голосом, — что ты водку бутылками пьешь.

— Знает! – осенило мужика, как будто молния вспыхнула. — Все знает!

Мужик, проглотив ком в горле, тестю в ответ: «Я стараюсь, вот уже и вторую работу нашел, но заработки, вы же знаете, какие! Я на работе с утра и до вечера, когда же мне водку бутылками пить?!».

Понял мужик, что напрасно пришел. Встал и направился к выходу.

Жена тестя, всё еще тревожась, мужику вдогонку: «Вернись, расскажи, что случилось?».

Мужик, возвратившись из прихожей, ей в ответ: «Причину не знаю, ведь мне ничего не объяснили, а вот о предлоге я расскажу». И рассказал в двух словах, что произошло. Закончив, обратился к тестю: «У меня ключи от квартиры тайком забрали, чтобы, не дай Бог, ничего лишнего не забрал с собой. Как же такое может быть! Ведь десять лет вместе жили».

Тесть ничего не сказал, только глаза отвел.

— Значит, он посоветовал забрать ключи тайно, — окончательно решил про себя мужик, — его рук дело.

Опечалился мужик и вышел вон из дома тестя. Навсегда.

Не знал мужик, что за неделю до событий тесть сказал своей дочери: «Слушай, на хрен тебе «этот» сдался, денег он не зарабатывает, бросай его поскорей, а то будешь за ним в старости ухаживать, за больным — то. Не волнуйся, я тебя обеспечу, без денег не останешься».

— Действительно, — подумала Бесценная, — мне всего лишь сорок семь, а выгляжу вообще на все сорок. Папенька меня обеспечит, а может быть, вдруг найду себе богатого, непьющего, который на старости будет ухаживать за мной, а не я за ним. Денег этот мужик много не зарабатывает, так, полное ничтожество. Не буду с ним жить! – решила она окончательно.

Не знала она тогда, что со временем станет «страдалицей», вся родня будет её жалеть, мол, одна с ребенком малолетним на руках осталась, без мужа. Пройдет еще немного времени, и когда «несчастная» в очередной раз посетует маменьке и папеньке на судьбу свою одинокую, те возьмут и скажут в ответ: «А зачем ты того мужика прогнала, ведь могла же с ним жить?». И останется она в «дурах».

От тестя мужик возвращался пешком. Вначале извилистой дорогой шел, а когда вышел на прямую, ответ на все вопросы сразу же и нашелся. Один на всех.

— Нет у них человеческих чувств. Не любят они собственных детей, и Димку не любят, а меня и подавно. Потому что вместо любви у них одни инстинкты. Они заботятся о своих детях, это правда, кормят, одевают их, учат и воспитывают, но делают это без любви, а по инстинкту. Вот как в природе, где все живые существа оберегают и лелеют своё потомство, так и они делают. Но без любви человеческой. Вначале терпели меня, пока деньги зарабатывал, а когда перестал, вышвырнули вон за ненадобностью. Когда жили хорошо, наше семейное счастье было бельмом в глазу у тёщи. Но теперь ей стало лучше, спокойнее. Её сломанная судьба кажется не такой уж и сломанной. У всех же такая. И у дочери нет семейного счастья. Покой и одиночество. Ничто не раздражает и никто не волнует. Тестю тоже стало лучше. Теперь дочь полностью в его власти, зависит от него во всём. Он полновластный хозяин её судьбы. Он властелин.

Вспомнил еще мужик, как жена два года назад призналась ему в нелюбви к будущей невестке. Удивился мужик, — «Ничего себе» — подумал он. – «Димке всего восемь лет, а она уже ненавидит свою будущую невестку, причем так, что темнеет у нее в глазах. Бешеная мама».

— Неужели всем им стало лучше жить, когда я ушел?! Где же здесь любовь человеческая? – воскликнул мужик, — про Димку никто так и не вспомнил. Как же так?

Он остановился и осмотрелся вокруг. Было тихо. Ему показалось, что кроме него, во всей Вселенной никого больше нет. Только Луна и звёзды.

— Неужели такое может быть! — крикнул в небо мужик, — чтобы люди из-за денег могли забыть о собственном сыне и внуке, который теперь без отца-то родного будет жить. Неужели такое возможно?

— Еще как возможно! – громогласно ответило ночное небо.

Не поверил небу мужик, крикнул в поле. – Разве могут быть деньги дороже всего на свете? Разве такое может быть?

— Еще как может! – затрубило ночное поле.

Опять не поверил мужик и вновь закричал почти в полном отчаянии.

— Неужели деньги дороже сердца моего? Неужели моя любовь ничего не стоит?

— Твоя любовь дорогого стоит, — тихо прошелестел ночной ветер, — но деньги всё-таки дороже.

И вновь не поверил мужик. Только хотел еще раз спросить, как собрались вместе небо, поле и ветер, и хором закричали ему:

— Слышь, мужик, надоели твои дурацкие вопросы, больше отвечать не будем.

— Тьфу, — плюнул с досадой мужик. Собрал мысленно в комок всех своих бывших: тестя, тёщу и жену, и сказал им всем, вслух: идите вы с Богом!

А той, которая была когда-то Бесценной, Несравненной, Неповторимой и Единственной, прочитал мужик стихи. В последний раз.

Прощай,

Позабудь

И не обессудь.

А письма сожги, как мост.

Да будет мужественный

твой путь,

да будет он прям

и прост.

Да будет во мгле

для тебя гореть

звездная мишура,

да будет надежда

ладони греть

у твоего костра.

Да будут метели,

снега, дожди

и бешеный рев огня,

да будет удач у тебя впереди

больше, чем у меня.

Да будет могуч и прекрасен

бой,

гремящий в твоей груди.

Я счастлив за тех,

которым с тобой,

может быть,

по пути. 1

Прочитал до конца и пошел своей дорогой.

А вскоре пролился над ним дождик из злата и серебра, вначале мелкий, а потом все сильнее и сильнее, а в конце вообще превратился в ливень.

17 ноября – 2 декабря 2012 года

Борис Взглядов.

1) Иосиф Бродский. Письма римскому другу.
Санкт- Петербург «Азбука-классика» 2002

Кража в детском садике

Кража в детском садике

Адвокат Богачев А. Б.

— Никому эти адвокаты не нужны! – громким голосом заявила полная дама бальзаковского возраста, с вызовом глядя мне прямо в глаза, когда я проходил по коридору пятого этажа апелляционного суда.

— Так безапелляционно говорят только в апелляционном суде, — подумал я, сохраняя спокойствие и продолжая движение по коридору.

Моя невозмутимость еще больше раззадорила даму, поэтому она затрясла тройным подбородком и вдогонку крикнула мне.

— Лучше заплатить следователю или судье, чем адвокату. Иначе деньги на ветер. И не адвоката, и не денег.

— Видимо, — решил я, — не повезло ей с адвокатами.

Вступать в дискуссию времени не было, но неприятный осадок в душе остался, поскольку я категорически не был согласен с такой формулировкой по одной простой причине. Я — адвокат.

Усилия дамы не прошли даром. Настроение было испорчено. Оказавшись в своем кабинете на девятом этаже, я начал было предаваться унынию, как мои грустные размышления прервал стук в дверь.

— Входите! – сразу же предложил я.

Дверь медленно открылась, и в помещение вошел пожилой мужчина с характерной внешностью представителя кочевого народа, со всеми природными признаками: бронзовый цвет кожи, необъятный живот, подпираемый снизу ремнем, трехдневная щетина и одутловатое лицо.

Внешность посетителя понизило градус моего настроения до отметки абсолютного нуля, поскольку не давала мне надежду на внушительный гонорар и беззаботную старость.

Попросив разрешения присесть, посетитель с горестным видом, кряхтя, плюхнулся на стул.

— Сыну дали год тюрьмы.

— За что? – спросил я.

— За мобильный телефон и шестьдесят гривен.

— Где?

— В детском садике.

— Год лишения свободы? – не мог поверить я.

— Год, — со вздохом кивнул головой старик.

— А сколько у него судимостей?

— Нет, это в первый раз, — заверил меня старик.

— Может быть, вину не признал, лгал, изворачивался, пытался уклониться от ответственности? – начал я докапываться до истины.

— Н-е-е-т, всё сразу признал, ничего не скрывал.

Я начал теряться в догадках. Истина продолжала находиться глубоко под ногами.

— Не может быть, чтобы за бэушный телефон и шестьдесят гривен суд приговорил ранее не судимого к одному году лишения свободы. Наверное, — высказал я очередную версию, — судью обозвал непотребными словами?

— Нет, ну что вы! Он у меня вежливый.

Осталась последняя версия, самая невероятная.

— Значит, судья душегуб, кровопийца и губитель человеческих судеб.

— Не знаю, — испуганно ответил сын кочевого народа и сразу же начал говорить.

— Помогите, пожалуйста, денег у меня нет, сам я живу в России (он назвал какой-то заштатный городишко Воронежской области). Неделю назад узнал про сына, сразу же и приехал в Одессу. Когда вернусь домой, телевизор продам, и деньги вам обязательно вышлю. Честное слово. Третий день ночую на вокзале, а через неделю суд, будут рассматривать жалобу сына. Помогите!

Помятый вид и запах, исходивший от давно немытого тела, подтверждали слова посетителя.

Глаза старика выражали страдание души, а весь его вид вызывал сочувствие и желание помочь. Но правду ли говорит? Действительно ли дело обстоит именно так, как он рассказал?

— А приговор есть? – решил я окончательно докопаться до истины.

— Есть! – вдруг с готовностью воскликнул старик и, порывшись в замусоленном целлофановом кульке, вынул три смятых листка и протянул мне.

На следующий день картина произошедших событий была предельно ясна. Старик говорил истинную правду. Бывают же честные люди.

В ходе судебного разбирательства установлено следующее:

Уроженец села Верхняя Жора, гражданин Молдавии Роман Петрович Цыганчук, двадцати двух лет от роду, ранним весенним утром прибыл на рейсовом автобусе в Одессу с одной увесистой сумкой и беременной невестой (четвертый месяц) в придачу.

Молодой коммерсант промышлял тем, что продавал тюль для занавесок и штор. Приехав в город, молодая пара перемещалась по территории Суворовского района Одессы, пытаясь сбыть товар.

Три попытки закончились безрезультатно. Из мебельного салона отпрыск древнего племени был сразу же изгнан. В банковском учреждении история повторилась. Открыв дверь филиала «Приватбанка», наш герой столкнулся нос к носу с охранником, вид которого не оставлял ему ни малейшего шанса проникнуть в помещение, поэтому Роман Петрович молча развернулся и направился в аптеку. Там, кажется, немного потеплело. Две продавщицы осторожно пощупали рулоны с тканью, но окинув взглядом коммивояжера и переглянувшись, наотрез отказались от купчей. Неудачные попытки не сломили дух отважного коммерсанта, поэтому он решил попробовать удачу в детском садике, который находился поблизости.

Оставив невесту на улице, Роман Петрович бодрым шагом прошел по территории детского садика, решительно открыл дверь и оказался в вестибюле. Внутри никого не было. И тут его взгляд натолкнулся на вешалку, на которой висела женская сумочка.

Дальнейшие события развивались бы совсем иным образом, если бы сумочка была бы закрыта. Но судьба Романа Петровича распорядилась по — своему. Помощница воспитателя, спеша ранним утром в группу, второпях кинула свою сумочку на вешалку, та и раскрылась.

Мир жесток, очень жесток. Всюду одни соблазны и искушения. Женская сумочка черного цвета, с металлическими бляшками, продолжала манить и притягивать к себе раскрытыми створками. Роман Петрович и не думал воровать. Боже упаси! Он просто хотел заглянуть в сумочку, ну просто так, из чистого, как говорится, любопытства и при отсутствии злого умысла.

Люди! Будьте милосердны! Разве можно осудить Романа Петровича за невинное желание поинтересоваться содержимым сумочки? Конечно, нет. Но как только заглянул, как тут же темные силы мирового зла и накинулись на молодую душу тюлевого коммерсанта, закрутили, завертели его в бешеном танце. Сопротивляться, учитывая древние корни и тайну происхождения, было бесполезно. Испытание на прочность Роман Петрович не выдержал, сдался по полной программе.

Но и в этом нельзя его винить. Попробуйте-ка на прочность самих себя. Никого нет и раскрытая сумочка. Ну как? Чувствуете? То-то же.

Когда вожделенные телефон и кошелек оказались в руке нашего героя, он таким же решительным шагом вышел из помещения и направился к воротам, где его поджидала невеста. Сохраняя твердость в облике, он, ни слова не говоря, сунул ей в руку шестьдесят гривен и знаком приказал следовать за ним. Спеша покинуть место преступления, он почти бегом направился к автобусной остановке. Беременная невеста, чуть ли не вприпрыжку, еле поспевала за ним. Удачно проведенная односторонняя сделка свидетельствовала — предки коммерсанта, дальние и не очень, имели определенное отношение к торговле поддержанными товарами.

Коммерция – дело ответственное. Роман Петрович считал себя серьёзным человеком, поэтому в его светлой голове сразу же созрел план реализации приобретенного товара. И вот тут возникают вопросы.

Что будет делать двадцатидвухлетний уроженец села Верхняя Жора, когда в его руках оказывается мобильный телефон?

Правильно.

В этом случае уроженец направляется на одесский радиорынок, где рассчитывает выгодно продать приобретенное средство связи. Более того, деньги, вырученные от продажи, он намеревается использовать на собственные нужды.

Неискушенный в вопросах бизнеса Роман Петрович не догадывался: продать мобильный телефон фирмы Alcatel пятилетней давности не-воз-мож-но! Телефон можно было только подарить. Совершать широкие жесты в планы нашего предпринимателя не входило, поскольку он со вчерашнего вечера маковой росинки во рту не имел.

А что будут чувствовать оперуполномоченные органов внутренних дел на одесском радиорынке? Что же они будут делать? — эти наши оперуполномоченные, когда увидят своим намётанным взглядом Романа Петровича, гуляющего по радиорынку и предлагающего купить у него мобильный телефон.

Вы поразительно догадливы!

Во-первых, каждый из них придет к логическому умозаключению — ведь внешний облик продавца не оставлял никаких сомнений в том, что не только в природе, но и во всей нашей бесконечной Вселенной не могло существовать абонента мобильной связи по имени Роман Петрович Цыганчук.

Во-вторых, они почувствуют томление духа и некоторое возбуждение в организме, а также зуд в области обратной стороны коленной чашечки.

В-третьих, они непременно поинтересуются о существенных условиях сделки.

Что же спросят представители государственных органов?

Вашей сообразительности нет пределов.

Вежливые оперуполномоченные подойдут к нему, и без использования бранных слов, ненормативной лексики и других идиоматических выражений местного диалекта, спросят:

— Друг! Расскажи нам, где ты взял мобильный телефон?

Роман Петрович недолго сопротивлялся, ибо оперативников было трое, а он один. Вскоре рассказ нашего незадачливого коммивояжера был облечен в письменную форму и скреплен подписями. В конце Роман Петрович с трудом выведет собственной рукой – «объяснение составлено правильно и мною прочитано».

Надо заметить, что Роман Петрович впервые в жизни собственноручно написал столь длинную фразу. Несмотря на подсказки услужливых оперативников, коммерсант умудрился сделать три грамматических ошибки.

Впрочем, не будем заострять внимание на подобном факте. История знает множество примеров, когда совсем неграмотные люди добивались ошеломляющих успехов в бизнесе. Правда, оглушительных успехов Роман Петрович не успел достигнуть, скорее наоборот, одни только убытки, поскольку невеста, устав от ожидания при входе на рынок, уехала к себе домой, в эту самую пресловутую Жору, а сумку с товаром оставила возле столба уличного освещения, ибо приподнять тяжелую сумку не смогла. Так и оставила там. Важно другое — внутренние органы получили исчерпывающую информацию о месте, времени и других обстоятельствах совершенного преступного деяния.

В это же самое время в кабинете заведующей детским садиком стояла полная тишина. Заведующая, крепко сбитая сорокатрехлетняя женщина, сосредоточенно составляла от имени помощницы заявление в милицию по поводу пропажи телефона и кошелька. После ожесточенных дебатов дружный коллектив детского садика принял решение обратиться в милицию. Надо заметить, коллектив сделал это вопреки мнению помощницы, которая наотрез отказывалась подписывать заявление, примирившись с потерей принадлежащего ей имущества: ведь стоимость телефона Alcatel, учитывая пятилетний срок пользования, уже не определялась.

Вдруг зазвонил телефон.

— Слушая вас? – отвлеченным голосом произнесла заведующая, продолжая писать на листе бумаги.

— Это с опорного пункта милиции на радиорынке беспокоят.

— Началось! – пронеслось в голове заведующей, когда она услышала слово «милиция». Отложив в сторону ручку, она, затаив дыхание, напряженно вслушивалась в трубку, утратив в тот же миг дар речи и способность ориентироваться в пространстве.

Строгий голос в трубке настаивал.

— У вас сегодня была кража мобильного телефона и кошелька?

— А как вы догадались? — испуганным голосом, проглотив ком в горле, спросила заведующая, мысленно осматривая свой служебный кабинет в поисках жучков и другой видео и звукозаписывающей аппаратуры.

Душа её сжалась в комочек, ведь буквально два дня назад, под вечер, к ней в кабинет прибыл собственной персоной старший мастер жилищно-эксплуатационного управления Олег Валентинович Коваленко, тридцати девяти лет от роду, с «Пшеничной» и баночкой маринованных огурчиков.

«Олежка», как ласково называла свою сокровенную отдушину Ирина Семеновна, периодически в вечернее время прибегал в детский садик. В тот раз, к вящему удовлетворению заведующей, Олежка был, как говорится, на высоте, ибо приложил все свои жизненные силы для поднятия настроения «налитого яблочка». Именно так называла себя Ирина Семеновна, когда в полном неглиже крутилась перед зеркалом в своей однокомнатной квартирке гостиничного типа на пятом этаже, на улице Заболотного. Налитое яблочко второй месяц подряд томилась от скуки и одиночества после развода с мужем, поэтому визиты любителя налитых яблок воспринимались на «ура».

Пылкое и бурное свидание в тот вечер затянулось, и только в половине второго ночи усталая, но довольная парочка разошлась по домам.

— Так была кража или нет? – голос из трубки начал раздражаться.

— Была, конечно, была! – скороговоркой поспешила заверить заведующая, продолжая двумя пальцами определять степень расшатанности рабочего стола.

— Так вот! – торжествовала трубка, — мы эту кражу уже раскрыли.

— Как! – изумилась, переведя дух, заведующая, испытав при этом огромное облегчение, — ведь мы ещё в милицию заявление не написали.

— А наша милиция раскрывает преступления ещё до того, как потерпевшие напишут заявление, — голос из трубки продолжал торжествовать.

Заведующая отняла трубку и отодвинула прочь заявление.

— Господи! Ну и дела! – прошептала «налитое яблочко», постепенно приходя в себя после пережитого ужаса.

В тот же день телефон вновь обрел своего законного владельца.

Потом было следствие. На следующий день Романа Петровича арестовали. Выпустить на волю иностранного гражданина следователь никак не мог. Ведь подследственный, не чуя под собою ног, сразу же устремится в свою Жору, неважно какую: Верхнюю, Среднюю или Нижнюю. Главное, быстрее домой, к невесте, к возлюбленной! А потом ищи ветра в поле.

Потерпевшая на допросе никак не могла оценить свой телефон, но потом, уступив неоднократным просьбам следователя, согласилась на сто гривен.

Два месяца Роман Петрович томился в следственном изоляторе. Следуя настойчивым рекомендациям следователя, незадачливый коммерсант с самого начала отказался от адвоката.

Суд длился чуть меньше получаса. На протяжении всего судебного процесса подсудимый был образцом послушания и вежливости, даже ни разу не присел на скамью подсудимых, невзирая на все уговоры председательствующего.

Судья зачитал приговор: «При избрании подсудимому меры наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, а также активное содействие органам следствия в раскрытии преступления, полное признание своей вины, раскаяние в содеянном, личность подсудимого, ранее не судимого. При таких обстоятельствах суд считает, что подсудимому необходимо избрать наказание, связанное с лишением свободы».

Роман Петрович напрягся … и получил один год лишения свободы.

Судья не был ни душегубом, ни кровопийцей, ни могильщиком человеческих судеб, а весьма приличным и порядочным человеком. Кстати, скрепя сердце определил меру наказание в виде одного года лишения свободы. Но судья ничего не мог поделать. Закон суров, но он закон. Dura lex, sed lex.

Статья 185 Уголовного кодекса Украины. Часть первая. Тайное похищение чужого имущества (кража) — наказывается штрафом или исправительными работами, или лишением свободы на срок до трех лет. Всё! Минимально возможный срок лишения свободы — один год.

Суд проявил гуманность и назначил самое минимальное наказание из всех возможных. Иностранному гражданину, к тому же не имеющего копейки за душой, наказание в виде штрафа или исправительных работ назначить невозможно. Судья сделал всё, что мог.

Впрочем, был один нюанс. Суд вправе перейти к другому, более мягкому виду наказания, не указанному в санкции статьи сто восемьдесят пятой, и назначить наказание, например, в виде ареста до шести месяцев. Но сделать он мог только при одном условии – при наличии двух смягчающих вину обстоятельств.

Вся беда заключалась в том, что материалами дела было установлено только одно смягчающее обстоятельство — искреннее раскаяние и активное содействие раскрытию преступления. Второго не было. Следовательно, надо было его найти. Для меня это было элементарно.

— Потерпевшей ущерб возмещен? — спросил я старика при очередной встрече. За это время он постарел ещё больше, осунулся, совсем поизносился, но сдаваться не собирался, держался из последних сил. Ночёвки на железнодорожном вокзале даром ему не проходили.

— Нет, кто же будет платить! — в голосе старика послышалось отчаяние. – У меня всего тридцать гривен с собою.

Гонорар в размере одной тысячи гривен, находящийся в нагрудном кармане рубашки, жёг мое сердце.

— Возьмите от меня еще тридцать гривен и бегом в детский садик. Пусть помощница напишет расписку, что ущерб возмещен, и она просит суд не наказывать строго. Понятно? И быстрее, ведь завтра судебное заседание.

Старик кивнул головой и, развернувшись, помчался к выходу. Я закричал ему вдогонку.

— Расписку заверить у заведующей, и печать поставить. Бегоом!

Старика и след простыл.

Заседание судебной палаты по уголовным делам апелляционного суда длилось недолго. Я выступил кратко и содержательно. Прокурор стоял на том, что для исправления преступника требуется год лишения свободы, и никак не меньше. По итогам рассмотрения жалобы подсудимого незадачливому коммерсанту назначили наказание в виде трех месяцев ареста, которые тот уже отсидел на момент рассмотрения жалобы. Я торжествовал, все-таки девять месяцев жизни. Мелочь, но приятно. Через полчаса клетка распахнулась, и счастливый отец принял в объятия своего блудного сына. Расчувствовался старик, не смог сдержать слёз.

В коридоре суда, не выпуская сына из объятий, старик горячо благодарил меня. От волнения он перешел на «ты».

— Спасибо вам, дорогой ты мой, спасибо. Век не забуду. Маме и папе твоим спасибо. Я обязательно вышлю тебе деньги, как только продам телевизор.

Пожав обеим руку, я развернулся и направился к себе. Узнать адрес, по которому переслать деньги — старик забыл. Ну и ладно. Впереди ждали другие дела. Вот так закончилось уголовное дело по обвинению Цыганчука Романа Петровича.

Кстати, где же мой телевизор?

А вы говорите, мол, адвокаты никому не нужны.

9 декабря 2012 года

Борис Взглядов

Нужен ли менеджер для правосудия ?

Нужен  ли  менеджер  для  правосудия ?

Адвокат Богачев А. Б.

«Где там служить! Прихожане по
городам разбежались, сокровища ищут.
— Заметьте – свои сокровища! Свои!
— Мне неизвестно – чьи, а только ищут».

И. Ильф и Е. Петров «12 стульев»

Безусловно нужен, как утверждает в статье «Менеджер для Фемиды» Оксана Михайленко в газете «Голос Украины» от 14 марта 2008 года. И образец такого эффективного менеджера – нынешний председатель Верховного Суда Украины Василий Онопенко.

Но на мой субъективный взгляд, эффективный менеджер скорее нужен бизнес-структуре для получения максимальной прибыли, но не правосудию. Если говорить другими словами, — Фемиде не важны моральные и профессиональные качества верховного жреца. Богиня требует, чтобы в нее все верили, неукоснительно соблюдали несложный и понятный для всех ритуал, и на алтарь подносили качественные жертвоприношения (судебные решения), без изъянов.

По моему глубокому убеждению, судебной системе необходимо стабильное, ясное и четкое законодательство, простота и оперативность судебного процесса, который должен быть менее затратным для судей и людей. Процесс не может превращаться в истязание тех, кто осуществляет правосудие, и тех, кто пришел в суд искать правду, — как правильно отметил Онопенко на «круглом столе» на тему «Концептуальные основы судебной политики», который состоялся 6 марта 2008 г. в г. Киеве.
Но в первую очередь правосудию нужна такая судебная система, которая бы исключала судебную ошибку, влекущую за собою самые трагические и порою не устранимые последствия.

Для меня не имеет значения, как будет выстроена судебная система, и кто ее будет возглавлять. Для меня главное, чтобы система работала без сбоев и исключала бы вероятность судебной ошибки, чтобы судьба человека, волею случая оказавшегося на острие уголовного преследования, не зависело от того, добросовестный или недобросовестный оказался человек в судейской мантии.

Достаточно привести случай, когда в 2001 году Светлана Зайцева была незаконно осуждена к 7,5 годам лишения свободы судьей Центрально-Городского райсуда Макеевки Донецкой области Аллой Сухановой за убийство, которого она не совершала.
Через год случайно нашли настоящих убийц — Светлану освободили, однако из тюрьмы она вернулась больной туберкулезом. Лишь после того, как были арестованы настоящие убийцы, она была оправдана, но было поздно: за время пребывания в колонии строго режима туберкулез полностью разрушил организм невинной женщины, и в апреле 2006 года она умерла, оставив сиротами троих детей.

После оправдательного приговора судья Геннадий Мищенко Ворошиловского районного суда Донецка 9 ноября 2007 года принял решение о взыскании с госбюджета в счет возмещения морального и материального вреда 2 млн. гривен в пользу матери Светланы Зайцевой, являющейся опекуном троих несовершеннолетних внуков. Но ведь невиновность Зайцевой обнаружилась совершенно случайно, а сколько таких случаев остались не выявленными, сколько невиновных отбывают наказание в местах лишения свободы?, — об этом никто не знает.

В статье приводятся заверения Председателя Верховного Суда Украины Василия Онопенко о том, что он будет работать вне всякого партийного и политического контроля и того же требовать от коллег.

Полагаю, что в нашем обществе, как и в любом другом, человек не может находиться вне поля влияния каких-либо политических сил. А тем более такая фигура, как Председатель Верховного Суда. В любом случае остаться полностью независимым на такой должности невозможно. И дело не в моральных и нравственных качествах председателя суда, а в реалиях нашей жизни. Конечно, человек, от воли которого не зависит ничего, может быть и будет независимым, да и то относительно. Только такая элементарная частица, как нейтрино, может быть в безвоздушном пространстве независимой от сил электромагнитного и ядерного взаимодействия, и проникать свободно через любые препятствия. Но когда от волеизъявления одного человека зависят судьбы очень важных персон, результаты выборов, властных полномочий, миллиардных состояний, — судья, а тем более Председатель Верховного Суда, по определению не может быть независимым. Это возможно только в том случае, когда все будут идеально выполнять требования закона о невмешательстве в дела правосудия. Поэтому упоминание в статье о том, что Василий Онопенко «будет работать вне всякого партийного и политического контроля и того же требовать от коллег», — всего лишь слова, это красивая сказка, это идеальное совершенство, это теория, а в жизни, на практике, это невозможно и как раз с точностью наоборот. Думаю, что нет такого председателя суда, от районного до Верховного, который мог бы работать вне всякого партийного и политического контроля.

Конечно, есть исключения из правил.
Судья Донецкого апелляционного суда Иван Корчистый действительно остался в нашей памяти как образец неподкупного и независимого судьи. Он создал прецедент, впервые в судебной истории независимой Украины оправдав человека, которого обвиняли в убийстве. 17 мая 2002 года он освободил из-под стражи 45-летнего краматорского бездомного бродягу Юрия Вередюка, обвинявшегося Генеральной прокуратурой в убийстве директора телекомпании «ТОР» (г. Славянск) Игоря Александрова.

Несмотря на беспрецедентное давление, угрозы и деньги. Несмотря на то, что 25 августа 2001 года тогдашний президент Украины Леонид Кучма, пребывая в Донецке, заявил, что убийство Александрова раскрыто, а исполнители и заказчики преступления уже известны.

Несмотря на то, что 11 декабря 2001 года на пресс-конференции в Славянске заместитель Генерального прокурора Украины Винокуров сообщил, что следствие проведено на высочайшем уровне и максимально объективно, бесспорно установлено лицо, совершившее преступление, что лично подписал обвинительное заключение по обвинению 44-летнего жителя Краматорска, бывшего инструктора по автовождению, прежде дважды судимого (по делу об алиментах и за кражу) Юрия Вередюка в совершении убийства из корыстных побуждений Игоря Александрова. Работники прокуратуры с пеной у рта доказывали, что это убийство совершил именно Юрий Вередюк и его вина якобы полностью доказана материалами дела.

Корчистый не поддался давлению высокопоставленных лиц, которые были заинтересованы в том, чтобы настоящие убийцы журналиста избежали наказания. Судья пришел к выводу, что следствие не доказало вину Вередюка, а он себя оговорил, признав вину в преступлении, которое он не совершал. Прокуратура Донецкой области подала протест на приговор суда в Верховный суд Украины. На заседание коллегии Верховного суда должен был явиться оправданный Вередюк. Но за шесть дней до заседания он неожиданно умер при весьма загадочных обстоятельствах якобы от острой сердечной недостаточности. После этого резонансного дела судью Корчистого уволили с должности, а его оправдательный приговор Верховный суд Украины отменил и материалы дела направил на новое расследование. Вередюк вновь стал подозреваемым (посмертно).

Иван Корчистый обратился с заявлением к председателю Верховного Суда Виталию Бойко оставить без изменений оправдательный приговор Юрию Вередюку и отменить «решение коллегии судей палаты по уголовным делам Верховного суда Украины от 25 июля 2002 года, а оправдательный приговор Апелляционного суда Донецкой области от 17 мая 2002 года относительно Юрия Вередюка оставить без изменения».

«Ознакомившись с доводами, изложенными в постановлении коллегии судей по уголовным делам Верховного Суда Украины, считаю их неубедительными, не отвечающими требованиям Конституции Украины и уголовно-процессуальному законодательству Украины», — говорится в заявлении. По его мнению, коллегия судей Верховного Суда «при рассмотрении дела лишь в самой общей и краткой форме ограничилась ответом на то, что невиновность Вередюка подтверждена только его противоречивыми показаниями, и указала также, что другим доказательствам суд первой инстанции оценки не дал. Однако сути всех других изложенных в приговоре доводов коллегия судей не привела, надлежащим образом их не проанализировала и своего решения об отмене оправдательного приговора не мотивировала».

Кроме того, Корчистый утверждал, что в сложившихся обстоятельствах, Верховный Суд Украины не имел законных оснований для отмены оправдательного приговора, потому что этим Верховный Суд «фактически нарушил конституционные права оправданного Вередюка». Корчистый объяснил, что законодательством не предусмотрено проведение следственных действий в отношении умершего лица.
Но Председатель Верховного Суда Украины не согласился с судьей Корчистым.

Правда, потом Луганским апелляционным судом под председательством судьи Галины Каныгиной был вынесен приговор пятерым членам краматорской преступной группировки «17-й участок», обвиняемым в особо тяжких преступлениях, среди которых было убийство директора Славянской телекомпании «ТОР» Игоря Александрова. Организаторы преступления, братья Александр и Дмитрий Рыбак, получили 15 и 11 лет лишения свободы соответственно. Приговор вступил в законную силу.

Правда, потом Артемовский суд Донецкой области осудил участковых инспекторов из Краматорска Олега Тамбовцева и Евгения Дроздова в фальсификации доказательств в уголовном деле по обвинению Юрия Вередюка в убийстве журналиста Игоря Александрова. А в отношении начальника Краснолиманского райотдела подполковника Игоря Криволапова уголовное дело было выделено в отдельное производство, поскольку в ходе следствия была установлена его причастность к убийствам еще нескольких человек.

Милиционеры полагали, что бомж, больной туберкулезом, существующий за счет сдачи пустых бутылок будет идеальным персонажем для исполнения роли лже-убийцы. Бомж, который хотел щедрыми подарками (взамен ему обещали квартиру и автомобиль) задобрить отказавшихся от него взрослых детей.

Но это было уже потом.
А тогда судья Корчистый сделал публичное заявление о том, что Вередюку, как носителю важной информации, угрожает опасность. Милиция вроде даже взялась за охрану Вередюка — но, увы, спустя два месяца бедняга умер по официальному заключению, — якобы от сердечной недостаточности. Сразу после гибели Вередюка была проведена патологоанатомическая экспертиза. Но никаких следов насильственной смерти специалисты тогда не обнаружили. Правда раскрылась лишь спустя два с половиной года.

14 апреля 2005 года следственно-оперативной группой Генеральной прокуратуры и СБУ были задержаны начальник УВД города Макеевки Альберт Винничук и оперуполномоченный уголовного розыска управления МВД Украины в Донецкой области Сергей Шломин и позже — Александр Герасименко (до ареста работал на должности начальника управления по борьбе с незаконным оборотом наркотиков УМВД Украины в Киевской области).

Попались работники милиции на собственной жадности. Был зафиксирован телефонный разговор Александра Рыбака (того, кто заказал и организовал убийство Игоря Александрова) с Сергеем Шломиным. Находясь в стенах СИЗО, Рыбак по мобильному телефону попросил милиционера продать ему «того самого яда, которым отравили Вередюка». Дескать, очень хочется отравить подельника, дающего против него «неправильные» показания.

Сергей Шломин совместно с Альбертом Винничуком, работавшим в то время начальником 9-го отдела управления уголовного розыска УМВД Украины в Донецкой области, передали покупателю в СИЗО, что требуемый яд имеется в наличии, и потребовали за услугу 3 тысячи долларов. В телефонном разговоре Шломин проинструктировал заказчика, что наиболее эффективно яд действует, если его растворить в пепси-коле или апельсиновом соке, после чего человек, сыгравший роль доверенного лица Рыбака, передал милиционерам требуемую сумму и взамен получил пакетик с порошком белого цвета. Все эти переговоры были зафиксированы, а при передаче денег и яда работников милиции задержали, после чего доказать вину отравителей Вередюка было дело техники. Как было установлено в ходе следствия, Вередюк после оправдательного приговора квартиру и автомобиль, конечно, не получил, но офицеры милиции, чтобы «задобрить» лже — убийцу, приносили ему продуктовые наборы. В одну из таких передач и подложили пакет апельсинового сока с ядом.

История повторяется дважды. Но в фильме «12» Никиты Михалкова, персонаж которого предполагал, что чеченского мальчишку, окажись он на свободе, ждет неминуемая смерть, — это была трагедия. А в истории с Вередюком – фарс.
Через три года после дела Вередюка судья Иван Корчистый умер в возрасте 54 лет, от сердечной недостаточности.
Сила правосудия не заключается в эффективном менеджере, судебная система не должна представлять из себя единый, сплоченный и сильный кулак, как утверждает Оксана Михайленко. Нет, сила правосудия в таких профессионалах, как судья Иван Корчистый.

Конечно, система правосудия должна быть стройной и централизованной, но такая система не может замыкаться на одном человеке. А если вся судебная система будет находиться под влиянием одного лица, тогда обязательно определенная политическая или партийная сила получит стабильное воздействие на этого человека.

Возможно, нынешний председатель Верховного Суда не является креатурой определенной политической силы и действительно искренно заявляет о том, что он будет работать вне всякого партийного и политического контроля, но под контролем и влиянием какой политической силы будет находиться следующий председатель Верховного Суда? — этого никто не знает.
Как утверждается в статье, «новый председатель не собирается ограничивать сферу своего влияния лишь зданием на киевской улице Орлика», то есть на Верховный суд. Это действительно настораживает, потому что неизвестно, в чем будет выражаться такое влияние и каким образом Председатель Верховного Суда может влиять не только на судей Верховного суда, но и на судей других судов.

Необходимо отметить, что в соответствии с украинским законодательством Председатель Верховного Суда не имеет права влиять на судей и принимаемые ими решения. Поэтому я был рад услышать мнение Василия Онопенко, которое он высказал в публикации, опубликованной в еженедельнике «Зеркало недели» № 12 (691) 29 марта — 5 апреля 2008, — «между судьями судов общей юрисдикции, в том числе и Верховного суда Украины, отсутствуют отношения подчиненности. Судьи не подчинены председателю, заместителю председателя суда, председателю палаты или коллегии суда. В связи с этим недопустимыми, — подчеркивает Василий Онопенко, — являются: непроцессуальное влияние на судью со стороны других судей, в том числе занимающих административные должности в судах, установление контроля за осуществлением судопроизводства судьей, вызов его в суды высшей инстанции и требование отчетов или объяснений по поводу рассмотрения конкретных дел. Основополагающим принципом осуществления правосудия является независимость судей и подчинение их лишь закону (статья 129 Конституции Украины)».

Очень правильные слова, но тогда почему в статье утверждается, что новый председатель не собирается ограничивать сферу своего влияния. Может быть, здесь кроется противоречие. Нет, противоречия здесь нет. Потому что влияние необходимо не тогда, когда рассматривается обычное уголовное или гражданское дело, а когда решается вопрос, допустим, — о допэмиссии акций Днепроблэнерго.

Интересно, ощущалось ли по делу Светланы Зайцевой влияние Председателя Верховного Суда Украины? Думаю, что нет. Кстати, судья Суханова продолжает работать судьей, как и тот адвокат, который защищал Зайцеву.
Почему между ветвями власти возникла очень напряженная дискуссия о том, кто же будет осуществлять назначение на административные должности в судах? Потому что право назначать на административную должность соответствует степени влияния на принимаемые судом решения. Самое любопытное заключается в том, что в делах, когда речь идет о финансовых интересах представителей так называемой элиты, — все участники судебного разбирательства проявляют необычайную активность, — и судьи, и прокуроры и те же адвокаты, другими словами говоря, задействованы все органы судебной власти, вплоть до Верховного суда, когда же решается вопрос о жизни и смерти рядового человека, простого гражданина, такая активность не наблюдается. Почему?

Почему никому не нужна была эта несчастная Светлана Зайцева с тремя детьми? «Кому нужен этот несчастный чеченский мальчишка? — восклицал Никита Михалков в фильме «12»?
Ни – ко – му.

Почему сейчас в процессуальном законодательстве парадоксальная ситуация. Приговор суда, которым подсудимому назначено пожизненное лишение свободы, проверяется один раз, а именно судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Украины, а на практике одним судьей — докладчиком, который непосредственно изучает материалы дела, принимает решение и готовит текст определения.

А в хозяйственных спорах решение суда проверяется трижды, то есть тремя вышестоящими судебными инстанциями, — апелляционным хозяйственным судом, Высшим хозяйственным судом Украины и судебной коллегией по хозяйственным делам Верховного суда Украины. Почему?

Потому что все бросились искать сокровища!

Адвокат Анатолий Богачев (Одесса)

Европейский суд обязывает примириться

Европейский суд обязывает примириться

Адвокат Богачев А. Б.

КРАТКАЯ ФАБУЛА ДЕЛА

События имели место в 2003-2004 годах. Частный предприниматель Галина Палькова арендовала контейнер на Малиновском промрынке города Одессы и занималась торговлей строительных материалов. Бизнес, пусть даже и мелкий, требует оборотных средств (в тот период времени отсутствовала возможность получения кредита в банковских учреждениях). Поэтому Палькова занимала денежные средства под проценты у частных лиц, оформляя при этом соответствующую расписку. Вначале шло всё прекрасно, торговля процветала, проценты исправно выплачивались (в тот период времени законодательство Украины запрещала частным лицам одалживать денежные средства под проценты). Потом, как водится, начались проблемы: то реализатор попался на краже, то поставщик товара поставил некачественный товар и т.д. Доходность бизнеса резко упала.

К тому времени Палькова выплатила кредиторам в виде процентов тройную сумму долга и надеялась на то, что совесть кредиторов не позволит требовать от неё возврата тела кредита, поскольку они в виде процентов получили втрое больше денежных средств, чем дали в долг. Но совести у людей, которые отдают деньги в рост, не бывает априори, поэтому в стане кредиторов начался переполох и паника. Они бросились в суды с исками о взыскании денег по договору займа.

Юрист, которая в судах представляла интересы Пальковой, избрала самой простой для себя способ защиты, но самый губительный для клиента. Палькова неукоснительно исполняла рекомендации своего представителя, поэтому ни на одном судебном заседании не появилась. Все иски кредиторов были удовлетворены в полном объеме. Через некоторое время судебные решения вступили в законную силу. К тому времени имущества, на которое могло быть наложено принудительное взыскание, у Пальковой уже не осталось, поэтому кредиторы бросились в правоохранительные органы, вполне обоснованно полагая, что эти органы предоставляют услуги по выбиванию безнадежных долгов.

22 февраля 2002 года прокурор возбудил против Пальковой уголовное дело, её обвинили в мошенничестве в особо крупных размерах. Добровольно явившись к следователю, Галина Палькова была задержана и находилась уже третий день в застенках отдела милиции. В этот момент защиту подозреваемой начал осуществлять адвокат Богачев.

При внимательном изучении имевшихся в распоряжении защитника материалов было обращено внимание на то, что на обратных сторонах расписок имелись подробные расчеты процентов, и что самое интересное, эти расчеты были произведены кредиторами собственноручно. Поэтому при определенных условиях была возможность доказать в судах возврат всех полученных в долг денег в полном размере и, соответственно, в этом случае судебные решения были бы в пользу должницы, учитывая законодательный запрет на получение процентов по договору займа.

Но поезд уже ушел, а судебные решения вступили в законную силу. Как и предполагалось, расследование по делу приобрело форму вялотекущей шизофрении, поэтому все заявления и ходатайства адвоката были оставлены следователем без внимания.

29 мая 2003 года уголовное дело было направлено в Малиновский районный суд гор. Одессы для рассмотрения по существу.

4 сентября 2003 года суд в связи с неполнотой досудебного следствия возвратил уголовное дело прокурору Малиновского района гор. Одессы для организации дополнительного расследования.

Через четыре месяца, 25 января 2004 года, уголовное дело приняла к своему производству следователь и в этот же день объявила розыск Пальковой Г.К., после чего сразу же приостановила досудебное следствие. Необходимо заметить, что на протяжении всего времени расследования Палькова находилась по месту своего жительства, и почти каждый день проверяла свой почтовый ящик на предмет наличия повестки от следователя.

Через 19 месяцев, в сентябре 2005 года, заместитель прокурора Малиновского района гор. Одессы отменил постановления следователя о розыске Пальковой, а также о приостановлении расследования, как необоснованные, после чего направил материалы уголовного дела обратно в следственный отдел Малиновского РОВД для организации досудебного следствия.

18 октября 2005 года следователь приняла уголовное дело к своему производству и вновь объявила Палькову в розыск, приостановив следствие. Впоследствии следователь три раза пыталась прекратить уголовное дело за отсутствием состава преступления, но районная прокуратура, как страж закона и правопорядка, неизменно отменяла постановления о прекращении дела и требовала направления дела в суд.

Следователь, подчиняясь прокурору, направила уголовное дело в прокуратуру для утверждения обвинительного, но каждый раз прокурор возвращал уголовное дело на дополнительное расследование.

9 июня 2006 года заместитель прокурора в очередной раз отменил постановление следователя о приостановлении расследования как необоснованное.

Усмотрев в действиях правоохранительных органов нарушение Конвенции о защите прав человека и основных свобод и понимая, что волоките конца не будет, защитник предложил Пальковой обратиться в Европейский суд по правам человека. Вначале Палькова восприняла предложение адвоката весьма скептически, можно сказать, с сарказмом, но потом, после настойчивых уговоров защитника, нехотя согласилась.

15 мая 2006 года защитник направил заявление, в котором просил суд установить факт нарушения Украиной Конвенции о защите прав человека и основных свобод в отношении Пальковой Галины и получении денежной сатисфакции в размере 10 000 евро.

Сложность заключалось в соблюдении условий приемлемости, поскольку после направления на дополнительное расследование материалы дела в суд для рассмотрения не направлялись, поэтому ожидать окончательного решения (постановления о прекращении дела или обвинительного (оправдательного) приговора было бесполезным.

Условия приемлемости дел к рассмотрению в Суде предусмотрены ст. 35 Конвенции, в которой указано, что суд может принимать дело к рассмотрению только после того, как были исчерпаны все соответствующие общепризнанным нормам международного права внутренние средства защиты. Срок обращения в Европейский суд ограничен шестью месяцами с момента принятия окончательного решения национальными властями.

Вместе с тем в практике Европейского суда был выработан принцип о том, что положения о справедливости распространяются не только на стадию судебного разбирательства, но и на досудебное производство (требование справедливости относится к процессу в целом и не ограничивается состязательными слушаниями).

Было бы гораздо проще в случае вынесения приговора. Поэтому приходилось решать непростую задачу. Какое решение следственных органов следует считать окончательным?

ЗАЯВЛЕНИЕ В СООТВЕТСТВИИ СО СТАТЬЕЙ 35 ЧАСТИ 1 КОНВЕНЦИИ.

Законодательство Украины не содержит эффективного и доступного способа правовой защиты по поводу жалобы заявителя в отношении длительности рассмотрения уголовного дела, кроме как предусматривает право обратиться к прокурору с жалобой на допущенную волокиту при расследовании уголовного дела, что не является эффективным способом правовой защиты.

Законодательство Украины не предусматривает возможность вынесения судом решения, которое бы практически ускорило проведение досудебного следствия и направление материалов дела в суд, либо для обеспечения заявителя соответствующим возмещением за допущенную волокиту.

Защитником были исчерпаны все доступные способы защиты, предусмотренные законодательством Украины, но эти способы не являются эффективными.

Способ защиты, предусмотренный ст. 234 УПК Украины (в редакции 1960г.), мог быть использован только в случае судебного предварительного слушания дела или при рассмотрении дела по существу. Однако материалы дела в отношении Пальковой в суд не направлялись, а расследование по делу затягивалось.

Кроме того, закон не определяет, является ли статья 234 УПК Украины способом защиты в случае затягивания расследования по уголовным делам и какое возмещение предусмотрено в случае установления того факта, что продолжительность расследования нарушало требования разумности.

По данному уголовному делу единственный способ правовой защиты – обращение в органы прокуратуры, но указанный способ не является эффективным.

Защитник Богачев полагал, что постановление прокурора от 9 июня 2006 года об отмене постановления следователя о приостановлении следствия и объявлении Пальковой в розыск, является окончательным решением, а все национальные способы правовой защиты были исчерпаны.

____________________________________________________________________

В своих обращениях в Европейский суд адвокат Богачев утверждал, что законодательство Украины не содержит эффективных средств правовой защиты, которые он мог бы использовать, чтобы обжаловать действия государственных органов Украины в части допущенной волокиты и затягивании досудебного следствия свыше разумного срока и что этот способ защиты позволял надеяться на ускорение расследования или на получение соответствующего возмещения.

Уголовно-процессуальный кодекс Украины (ст. 234) содержал в себе только неэффективный способ защиты нарушенных прав, а гражданско-процессуальный кодекс Украины и Кодекс Украины об административном судопроизводстве вообще не предусматривают возможности эффективного средства правовой защиты в случае волокиты и длительного расследования уголовного дела.

В деле «Мерит против Украины» (заявление № 66561/01), где заявитель при аналогичных обстоятельствах ссылался на нарушения ст. 6 ч.1 и ст. 13 Конвенции, Европейский суд в решении от 30 марта 2004 года пришел к выводу — в заявлении Мерит не может быть отказано по основанию неиспользования всех национальных способов защиты в контексте ст.35 ч.1 Конвенции.

Через пять лет после обращения в суд (к тому времени уголовное дело в отношении Пальковой Галины было прекращено за отсутствием в её действиях состава преступления) было получено письмо от секретаря пятой секции Европейского суда следующего содержания.

«Уважаемая госпожа Палькова. В свете прецедентов и сложившейся практики Суда представляется, что дело, подобное данному, может быть урегулировано мирным путём, если стороны примут условия прилагаемой декларации, и в частности, если государство-ответчик выплатит заявителю денежную компенсацию в возмещение вреда и понесённых расходов.

В случае необоснованного отказа со стороны заявителя принять предложение о мировом соглашении, сделанное секретарём секции, государство-ответчик может прибегнуть к односторонней декларации и производство по делу может быть прекращено. Статья 37 §1(с) Конвенции. (См. дело Ван Хутен (Van Xayten) против Нидерландов)».

Что такое односторонняя декларация в практике Европейского суда и кто такой Van Xayten, — было неизвестно.

Выяснилось — в жалобе в Европейский Суд Ван Хутен утверждал, что в его отношении было допущено нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции, выразившееся в том, что производство по его делу, связанному с требованием выплатить ему пенсию по нетрудоспособности, не было завершено в разумный срок.

Заявитель потребовал также, чтобы власти Нидерландов выплатили бы ему справедливую компенсацию за причиненный ему государственной волокитой моральный вред, сумму которой он определил в 17 тысяч евро.

Власти Нидерландов предложили Ван Хутену заключить мировое соглашение, однако тот отказался, имея в виду довести жалобу до рассмотрения Судом по существу.

Тогда государство-ответчик направило в Суд письмо, в котором содержалось одностороннее заявление о признании факта волокиты по делу заявителя во внутригосударственных инстанциях и предлагалось гораздо меньшая, чем требовал заявитель, сумма компенсации морального вреда. Данное заявление вполне удовлетворило Европейский Суд, который принял его к сведению и назначил заявителю компенсацию в предложенных властями Нидерландов размерах.

Данный прецедент интересен тем, что позволяет впредь государству-ответчику в Европейском Суде сохранить свое лицо в ситуациях, когда заявитель упорствует и не идет с ним на заключение мирового соглашения, требуя выплаты несоразмерной компенсации.

Государство односторонне соглашается на выплату компенсации в разумном, по его мнению, размере и просит Суд прекратить производство по делу. Не усмотрев в этом одностороннем заявлении неуважения к правам человека и приняв во внимание взятое на себя государством-ответчиком обязательство, Суд соглашается с ответчиком и дело закрывает.

Было бесспорным то, что государство Украина никогда не бывает справедливой в части размера денежной компенсации за вред, причиненный её органами, поэтому защитник решил не рисковать (в противном случае размер денежной компенсации был бы смехотворным) и предложил Пальковой согласиться на предложенную сумму в размере 1400 евро.

ЄВРОПЕЙСЬКИЙ СУД З ПРАВ ЛЮДИНИ

П’ята секція

РІШЕННЯ

Заява № 20440/06, подана Галиною Пальковою проти України

Офіційний переклад

23 жовтня 2012 року Європейський суд з прав людини (п’ята секція), засідаючи комітетом, до складу якого увійшли:

Марк Віллігер, Голова,

Карел Юнгвірт,

Андре Потоцький, судді,

а також Стівен Філліпс, заступник Секретаря секції,

беручи до уваги вищезазначену заяву, подану 10 травня 2006 року, враховуючи декларації щодо досягнення дружнього врегулювання у справі, після обговорення ухвалює таке рішення:

ПРОЦЕДУРА

Заявниця, Галина Палькова, 1962 року народження, є громадянкою України та проживає в місті Одесі.

Уряд України (далі — Уряд) представляв його Уповноважений — Назар Кульчицький з Міністерства юстиції України.

Заявниця скаржилась за пунктом 1 статті 6 та статтею 13 Конвенції на тривалість кримінального провадження щодо неї та на відсутність ефективного засобу юридичного захисту у цьому зв’язку. Заяву було комуніковано Уряду.

Суд отримав підписані сторонами 25 серпня та 10 вересня 2012 року декларації щодо дружнього врегулювання, згідно з якими заявниця погодилась відмовитись від будь-яких подальших скарг проти України, що стосуються фактів, викладених у цій заяві, в обмін на зобов’язання Уряду сплатити їй 1400 (одна тисяча чотириста) євро відшкодування будь-якої матеріальної і моральної шкоди, а також компенсації судових витрат, які мають бути конвертовані в національну валюту держави-відповідача за курсом на день здійснення платежу та звільнені від будь-яких податків. Зазначена сума має бути виплачена протягом трьох місяців з моменту отримання повідомлення про рішення Суду. У випадку несплати цієї суми упродовж зазначеного тримісячного строку Уряд зобов’язується сплатити пеню, що дорівнює граничній позичковій ставці Європейського центрального банку, до якої має бути додано три відсоткові пункти, які нараховуватимуться з часу закінчення тримісячного строку і до моменту повного розрахунку. Сплата вищезазначеної суми становитиме остаточне вирішення справи.

ПРАВО

Суд бере до уваги факт досягнення сторонами дружнього врегулювання. Суд переконаний, що таке врегулювання ґрунтується на повазі до прав людини, гарантованих Конвенцією та Протоколами до неї, та не знаходить підстав для подальшого розгляду заяви. Враховуючи вищевикладене, справу має бути вилучено з реєстру справ.

ЗА ЦИХ ПІДСТАВ СУД ОДНОГОЛОСНО

Вирішує вилучити заяву з реєстру справ відповідно до статті 39 Конвенції.

Заступник Секретаря

Стівен ФІЛЛІПС

Голова

Марк ВІЛЛІГЕР

29 декабря 2012 года Палькова несказанно обрадовалась, получив в учреждении банка четырнадцать тысяч гривен.

Адвокат    Богачев А.Б.